"Мы - расходный материал": три истории от омских наркокурьеров, отбывающих срок в СИЗО

Автор статьи
Тамара Башаева
Фото: УФСИН по Омской области

Три разные ситуации, которые привели к одному и тому же итогу

Длинный коридор СИЗО. Гулкое эхо от каждого шага. По обе стороны — камеры, в которых сидят люди, много людей. Необычно тихо для такого количества людей, из-за чего становится не по себе. Ясное дело, сюда не за разговорами приходят, но даже воздух кажется каким-то другим из-за этой тишины. Всё очень строго: несколько проходных, контроль, взять с собой можно только согласованные заранее вещи. На интервью сопровождают и не оставляют наедине с заключенными. Ни минуты без присмотра.

Лёгкие деньги всегда кружили людям голову. И вопреки всеобщему мнению, в ловушку нелегальных заработков попадают по глупости не только школьники, но и взрослые, состоявшиеся люди. Видят объявление на заборе, или большой доход своих знакомых, или вакансию на сайте бесплатных объявлений, и попадают в ряды закладчиков. А потом человека ловят с поличным и отправляют за решетку. И, как бы парадоксально это ни звучало, фраза «они знали, что делали» не всегда бывает верна. Некоторые не знали. Не знали до последнего, пока их не задержали. Мы побеседовали с тремя заключенными, отбывающими срок за распространение наркотиков, и выяснили, как они попали в этот «бизнес», что заставило их рискнуть собственной свободой, какие выводы они сделали и чем планируют заниматься после освобождения.

Поскольку все трое попались на распространении впервые, они получили достаточно мягкие для этой статьи сроки (ст.228 предусматривает лишение свободы на срок до 20 лет. Прим. Ред.).

«Мы — расходный материал для этого бизнеса, вот и всё»

Неприметный парень, каких в каждом районе каждого города — тысячи. Совсем молодой — начал заниматься распространением наркотиков, будучи ещё несовершеннолетним. Насколько возможно для этого возраста, знал, что именно он делает. Окончил 9 классов, но дальше учиться не пошел, планов на будущее не строил и рассчитывал, что легкая прибыль – это навсегда. Суть его деятельности состояла в том, что он забирал большую «посылку», фасовал на более мелкие и раскладывал в разных точках города.

— Объявление увидел на стене, зашел в телеграм, пообщался, там всё красиво описали. Работа не пыльная, деньги хорошие. Успел проработать курьером два месяца, деньги спустил на ветер, — рассказал заключенный.

"Мы - расходный материал": три истории от омских наркокурьеров, отбывающих срок в СИЗО
Фото: УФСИН по Омской области

О людях, которые, в том числе и с его подачи, получают новую порцию наркотиков, молодой омич не задумывался. Чтобы не вызывать вопросов у родных, жил на съемной квартире. На всё про всё — чтобы получить, расфасовать и разложить, уходила пара часов времени. Правда, неминуемое отбывание наказания займёт гораздо больше. Задержали закладчика в один из «рабочих дней», когда он уже возвращался домой. Парень отбывает срок в СИЗО уже более трех лет, осталось полтора.

— Пока я здесь нахожусь, сделал для себя определенные выводы. Что ни к чему хорошему люди таким путем не приходят. Я разочаровал мать, потратил заработанное на гулянки и выпивку, и теперь за решеткой.

Находясь в заключении, юноша доучился и ему выдали аттестат о полном среднем образовании. Сейчас ему уже 21 год. Дальше хочет получить высшее и стать программистом. Утверждает, что нет ни единого шанса, что после освобождения он вернется к прежнему занятию. Если вернется, пятью годами заключения уже не отделается.

"Мы - расходный материал": три истории от омских наркокурьеров, отбывающих срок в СИЗО
Фото: УФСИН по Омской области

На свободе первым делом парень хочет поесть и навестить родных. Да, именно в таком порядке. Хотя заверил, что и здесь нормально кормят – на завтрак была гречневая каша. Но он скучает по жареному мясу. На прощанье он обратился к тем, кто ещё может передумать, свернуть в сторону с дороги, у которой может быть только один конец:

— Всем людям, которые сейчас стоят на подобном перепутье, хочу сказать, чтобы они подумали в первую очередь о своих родителях. Просто сели и подумали. Не о друзьях, с которыми они будут веселиться и тратить эти заработанные деньги. Только родители будут о вас помнить, когда вы попадете в тюрьму. И в СИЗО, и в колониях, очень много таких людей. Потому что мы — расходный материал для этого бизнеса, вот и всё.

Это всё одна огромная система, курьеры всего лишь добытчики денег, их никому не жалко

Девушка робким голосом рассказывает свою историю:

— У меня полная семья – мама, папа, братья и сестры. Достаток хороший. Папа держит свой маленький бизнес, мама занимается хозяйством и воспитывает младшую сестренку. Я поступала на юрфак, думала стать юристом или даже следователем по особо тяжким делам. Когда всё выяснилось, разумеется меня сразу отчислили.»

Сейчас девушке 21 год. Собственные деньги хотела заработать, чтобы стать самостоятельной и не зависеть от родителей. Хотела быть ответственной и взрослой, переехала жить отдельно. Но на этом этапе в жизнь вошли развлечения, гулянки, жажда попробовать новое, испытать необычные ощущения. Появился знакомый, который употреблял сам и распространял наркотики. Девушку привлек его большой доход – машина, имущество, щедрость. Омичка успела попробовать наркотики и сама, но в итоге занялась распространением. В СИЗО оказалась больше двух лет назад, а спустя некоторое время сюда же попал и её знакомый, но уже совсем на другие сроки. Во время разговора девушка часто улыбается, ведет себя очень спокойно, будто бы не понимая до конца, что она – заключенная, а вокруг неё – стены тюрьмы.

"Мы - расходный материал": три истории от омских наркокурьеров, отбывающих срок в СИЗО
Фото: УФСИН по Омской области

— Распространением чаще всего начинают заниматься, когда употребляют наркотики сами. Денег начинает не хватать, тебя как бы отодвигают от «кормушки», и нужно как-то зарабатывать. Я не подсела, а только попробовала наркотики – амфетамин, мефедрон, экстази, марки, кокаин. Потом употреблять прекратила. Распространяла метилэфедрон. Но попалась практически сразу.

Осталось отбыть здесь семь месяцев, а потом девушка хочет снова учиться. На ту же специальность в юридический вуз вернуться уже не получится — из-за срока её туда не примут, так что в планах – информационные технологии и программирование.

— За время, проведенное здесь, я поменяла приоритеты. Этого соблазна больше не будет. Второй срок был бы просто гигантским. Я начала ценить то, что имею, и не буду перешагивать через себя. Родители никогда мне ни в чем не отказывали, и, когда обо всём узнали, были страшно разочарованы и недовольны. Но они от меня не отказались, это главное. Поддерживают, приезжают, помогают.

— Это всё одна огромная система, курьеры всего лишь добытчики денег, их никому не жалко, никто не дорожит этими «работниками». Не стоит этим заниматься. Один неправильный шаг, сделанный в молодости, перечеркивает всю жизнь. Лишает возможностей, отодвигает сроки достижения каких-то результатов.

То, что это наркотики, я поняла в самый последний момент

Женщина средних лет выглядит особенно растерянной. В глаза не смотрит, горбится, сжимается в комок. Её стыд ощущается на коже. И после нашей беседы становится понятно, почему.

— Я работала овощеводом, потом в швейном цехе, потом упаковщицей на табачной фабрике. Всегда зарабатывала честно, но зарплаты вечно не хватало, и я периодически искала подработку. В свой текущий график 2/2 вполне можно было уместить ещё одно занятие и получать дополнительную копеечку. Объявление с вакансией нашла на сайте бесплатных объявлений, там говорилось, что нужен курьер и разносчик сладостей.

"Мы - расходный материал": три истории от омских наркокурьеров, отбывающих срок в СИЗО
Фото: УФСИН по Омской области

Раньше женщина подрабатывала на «Сладонеже» вольнонаемным сотрудником, и поэтому такое объявление её не смутило. Опыт работы на кондитерской фабрике показал омичке, что такие «халтурки» бывают – по вечерам менеджер присылал ей график работы и адреса назначения. После 12-часовой смены приходил расчет.

— То, что это наркотики, я поняла в самый последний момент. Я устроилась разносчиком сладостей, у меня не было знакомых, кто смог бы меня предостеречь. К тому же, работодатели попросили у меня паспортные данные, флюорографию. Вроде бы ничего подозрительного. Прошла обучение в городе, фотографировала здания. Когда я спрашивала зачем это, мне объясняли, что нужно уметь ориентироваться в городе. В будущем обещали выезды в другие города, а для этого надо было уметь хорошо ориентироваться по карте и делать фото для отчетности.

Обучение заняло несколько дней. А потом началась практика. Женщине прислали фото, где было видно здание и дерево, под которым нужно было найти посылку. Омичка нашла это место, но под деревом поначалу ничего не обнаружила. Покрутилась, порылась в снегу, достала пакет и только тогда поняла, с чем имеет дело.

— Я сказала, что не буду ничего разносить и положу эту «посылку» на место. Но они стали шантажировать – сказали, что знают, где я живу, что там мой ребенок, и я обязана всё разложить. Делать нечего, я согласилась. Дождалась дома маму, чтобы она посидела с моим маленьким ребенком, а потом пошла исполнять то, чего от меня требовали. Из десяти пакетов успела разнести три, а потом меня задержали. В тот же день, через два часа после выхода из дома.

"Мы - расходный материал": три истории от омских наркокурьеров, отбывающих срок в СИЗО
Фото: УФСИН по Омской области

Женщина находится в СИЗО всего четыре месяца из пяти присужденных ей лет. Сейчас ей 45, а начинать жить заново она будет уже в 50. После освобождения омичка хочет вернуться к нормальной жизни, воспитывать ребенка, который остался на попечении бабушки. Сыну ещё не говорили, где находится его мама.

— Надеюсь, моя история предостережет людей от ошибок. Когда я говорила со старшим сыном, он рассказал, что их даже в школе предупреждали о таких схемах. А я… Кто бы меня вразумил.

Это будет Вам интересно
Ассоциация активных предпринимателей Омска подарила бойцам СВО новый УАЗ