Кому халат? От какой катастрофы предстоит спасти регион новому министру здравоохранения

Автор статьи
Олег Малиновский
Иллюстрация сгенерирована нейросетью Кандински 2.2

В Омской области огромная дыра в медицинских кадрах. И скоро она превратится в каньон

Многие могут заявить, что на самом деле в омской медицине есть куча проблем — финансирование, недостаток оборудования, ремонт где-то не сделали, записаться сложно и так далее. Но нет. Главная проблема, которая уже идет к катастрофе — кадры. Какой бы крутой, оснащенной и богатой не была больница — без врачей — она просто заброшка.

Понедельник 20 ноября стал знаковым для омского здравоохранения. Вновь сменился министр. Им стал бывший проректор Красноярского государственного медицинского университета, молодой (35 лет) Артем Наркевич. Следом посыпалось прощальное слово экс-министра Мураховского, в котором он хвалился увеличением продолжительности жизни омичей (и ни слова про кадры), и, по странному совпадению, релиз от сайта с вакансиями Headhunter, в котором они обозначали дефицит врачей в регионе, поскольку на каждую вакансию медика претендует только 0,9 резюме.

Кому халат? От какой катастрофы предстоит спасти регион новому министру здравоохранения

Что-то не так

Даже просто ради интереса перепроверяя релиз «Хедхантера», можно заметить небольшую нестыковку. По запросу «врач» на их же сайте выпадает более пяти сотен вакансий и лишь 20 резюме. Что самое странное, в большинстве из этих резюме указано, что человек уже работает в медучреждении, просто ищет другую работу. Два человека указали, что хотят работать вообще в другой сфере, не связанной с медициной. Конечно, это не говорит о том, что исследование неправильное — я просто не знаю, как велись расчеты компанией. Но тема уже заинтересовала.

Последняя газета от центра занятости Омской области отвела под рубрику «медицина и фармацевтика» целую полосу. Мелким шрифтом 16 учреждении перечислили несколько десятков названий специальностей, которые им требуются. Больше, пожалуй, только у омских заводов.

Насколько глубока и страшна эта кроличья нора, лучше всех, пожалуй, демонстрируют официальные государственные доклады бывшего министра здравоохранения Александра Мураховского. И мы помним, что в докладах всегда хочется быть немного красивее, чем есть на самом деле.

Кому халат? От какой катастрофы предстоит спасти регион новому министру здравоохранения

Отрицательный рост

В далеком уже 2019 году в министерстве начали региональный проект «Обеспечение медицинских организаций системы здравоохранения Омской области квалифицированными кадрами». Один из первых же пунктов гласил, что к 2024 году предусмотрено увеличение численности медицинских работников. 2024 год, напомню, наступает через месяц.

Особый интерес представляет последний государственный доклад Мураховского о состоянии здравоохранения Омской области по итогам 2022 года. Если совсем кратко, то в системе на конец года работало чуть больше 40 тысяч человек. Из них 7187 врачей и 16588 человек со средним медицинским образованием. За год в больницы пришли 679 молодых медиков (примерно поровну врачей и фельдшеров с медсестрами).

— Укомплектованность медицинскими работниками в целом по ГУЗОО с учетом совместительства составила врачами – 90,6 %, специалистами со средним профессиональным медицинским образованием с учетом совместительства – 93,6 %. Укомплектованность медицинскими работниками структурных подразделений ГУЗОО, оказывающих медицинскую помощь в амбулаторных условиях, с учетом совместительства составила врачами – 87,5 % ,- гордо заявлял министр, однако повтор словосочетания «с учетом совместительства» настораживает.

Дальше в докладе он добавлял, что проблема укомплектования все ещё есть. И вот цифры в перечне проблем уже говорили о том, что проблема не только не решается, она… увеличивается. Причем быстро.

Кому халат? От какой катастрофы предстоит спасти регион новому министру здравоохранения

Битва поколений

Сразу к новым цифрам. Например, в том же докладе указывается, что в другие регионы за зарплатами уехали 375 медиков (из них 181 врач). В частную медицину за зарплатами ушли 346 медиков (из них 138 врачей). Ушли на пенсию (или просто постарели и прекратили работу) 710 специалистов (из них 238 врачей). Забегая вперед, эти цифры год от года не особо меняются.

То есть все молодое пополнение не смогло перекрыть даже ушедших на пенсию. По официальным данным этого доклада — более четверти (27,1%) всех врачей Омска и области — со стажем более 30 лет. Интересно, что я не увидел в этом документе расклада по возрасту, однако нашел его в аналогичном докладе по итогам 2021 года. Доля врачей старше 50 лет тогда составляла баснословные 44,3%.

Надежды на то, что количество врачей предпенсионного возраста каким-то чудом сократится, нет. Люди продолжают стареть. Может меняться только процент.

Все вузы города (учитываем, что среднее медобразование дает не только ОмГМУ) выпускают по тысяче медиков в год. Это тоже есть в докладе. Цифра тоже не меняется, и можно предположить, что это максимум, что могут предложить учебные заведения. Представим даже гипотетически, что все до единого пойдут в госсектор — проблема не решится. Ибо сферу покидает по полторы тысячи человек в год. Если даже каким-то образом решить вопрос миграции в частную медицину и другие регионы, станет утихать проблема среднего медицинского персонала, но не врачей. Их все ещё будет меньше, чем уходящих на пенсию или, простите, умирающих.

Данные из других городов я не анализировал, но источник, который близко знаком с кадровой ситуацией в сфере, добавил, что, в принципе, во многих регионах схожая ситуация. То есть надежда «похитить» медперсонал из других регионов довольно призрачная (ну или таким образом усилится проблема там). Придется рассчитывать на свои силы. А их недостаточно.

Кому халат? От какой катастрофы предстоит спасти регион новому министру здравоохранения

Год за тысячу

Не зря выше акцентировал внимание на словах Мураховского «с учетом совместительства» — обязанности каждого ушедшего медика распределяются по оставшимся. При возросшей нагрузке у работника есть только три выхода — снизить качество своей работы, работать более 8 часов в день, покинуть место работы. Причем последние два друг друга не исключают, а, скорее, могут быть причиной и следствием.

Бегло пролистывая доклады последних лет, под одной и той же фразой про региональную программу по «увеличению численности медработников» к 2024 году стояла цифра, что в системе работают 44772 медработника в начале 2019 года и уже 43219 к концу, 42453 человек по итогам 2020, 41668 по итогам 2021 и наконец 40107 человек на начало 2023 года. Мы теряем почти по тысяче медработников в год. То есть мы пытаясь увеличить количество кадров, потеряли четыре тысячи. Программа явно не помогает.

Александра Мураховского здесь винить нет смысла. Проблема существовала и раньше. 10 лет назад, когда Александр Григорьевич защищал кандидатскую, мы входили в новый 2014 год с 51116 медработниками в штате. Не зря все эти программы, указы, распоряжения обсуждались и вводились на федеральном уровне уже давно. Просто Мураховский не смог решить эту проблему. И сомневаюсь, что какой бы не был крутой министр, он легко нашел бы выход. У меня нет ни малейшего представления, что делать — вузы работают на полной мощности. И даже если сейчас в один день каким-то образом найти преподавателей (а это те самые врачи в том числе), аудитории и финансы, и вместо тысячи студентов набрать две — сокращение медработников начнет лишь останавливаться, не расти, через шесть лет — когда эти студенты закончат обучение.

Кому халат? От какой катастрофы предстоит спасти регион новому министру здравоохранения

Рассматривая перечень проблем, на которые год от года указывал Александр Мураховский и говорил, что именно они стопорят приток кадров (там есть, например, про программу «земский доктор» или про уход в частную медицину, или про несоблюдение договоров выпускниками-бюджетниками) можно понять, что решения по ним — лишь заплатки, которые только замедлят отток врачей, но не остановят. Все слишком глобально.

Я очень уважаю врачей, у нас действительно отличные кадры и нешуточно высокий уровень подготовки, но… Надеюсь, у вас есть какой-то план, Артем Николаевич.